Япония 1898: паломничество на гору Фудзи

0

Паломничество на священную гору Японии Фудзи-Яма (гора), или Фудзи-Сан, составляет сокровенное желание каждого японца. Из гор Японии Фудзи превосходит другие своею высотой (около 13.000 ф.).

Предание говорит, что вулкан Фудзи появился в одну ночь, так же как и знаменитое озеро Бива. Это случилось приблизительно во времена Александра Великого. В 809 году по P. X. построен был храм на вершине и посвящен красивой богине Конохана Саку Я Хима, но есть и специальное божество для кратера — «О ана мочи но микото», или владетель великого кратера.

До XIV столетия Фудзи-Сан постоянно дымился. Последнее извержение было в 1707 году, когда, как говорят, образовался горб на одной стороне конуса. Эту маленькую неровность видишь только на близком расстоянии. Лучшим временем для восхождения на гору считается от 15 июня до 15 сентября.

Моим спутником на этот раз был мой учитель японского языка. Из Готемба мы отправились часов в пять вечера верхом до станции Таробо. При выезде наши лошади были испуганы криками толпы, смотревшей на состязание борцов. Дорога идет садами и лесом, и все время перед нами виден был темно-синий конус Фудзи-Сана.

Наши лошади, несмотря на всякое понукание, шли шагом и останавливались при каждом чайном доме. Обыкновенно в это время конюхи, или бетто, пьют японский чай, подносимый и нам в маленьких чашечках; лошадям не дают пить, а только смачивают морду брызгами воды. Недалеко от Таробо пришлось сойти с лошадей и идти пешком в гору по осыпавшейся золе. Вся местность кругом носит вулканический характер.

Я не ошибусь, если скажу, что этот вулканический характер бросается в глаза на 120 миль и даже больше. Обработанная земля простирается до 1.500 футов высоты; полоса дикой болотистой растительности тянется до 4.000 футов высоты и затем начинается лес с искривленными деревьями.

В чайном доме в Таробо путешественники обыкновенно запасаются длинными шестами, к которым жрец на вершине Фудзи-Ямы прикладывает печать храма, и такая палка бережется как святыня в семействе японца. Надо вам сказать, что вся гора для удобства паломников разделена на десять станций, из которых 9-ой не существует. Японцы назвали эти станции «шо» или «го», то есть сосуды, которыми измеряется рис.

Там, где мы слезли и пошли пешком, господствует полная тишина, нет ни одной птицы, только в некоторых местах растет мелкий кустарник (juniper, vaccinum, lichen).

Потоки изрезали в разных направлениях рыхлые массы золы. Для того чтобы ободрить нас, носильщики выкликали на пути: «такая-то станция», и мы подходим к ней с радостью. Сама станция представляет самое жалкое подобие человеческого жилища. Это каменная хижина из громадных кусков черной и красной лавы, втиснутая в гору, так что только передняя сторона выходит немного наружу. Плоская крыша этой хижины только частию выходит наружу и вся завалена громадными каменьями, служащими защитою от страшных бурь, господствующих на Фудзи-Сане. Перед входом земля немножко приподнята, так что вы входите как в подвал. Там по японскому обычаю положены циновки и устроен очаг, но без дымовой трубы.

При каждой станции от 15 июня до 15 сентября находится человек, который угощает вас японским чаем. Там же с грехом пополам можете найти яйца и незатейливый японский обед. Запасы в этих местах тем более необходимы, что в случае бури десятки пилигримов имеют только это одно прибежище от непогоды. Бывали случаи, что туристы были задержаны на какой-нибудь станции в течение двух или трех дней.

Движение пилигримов уже заметно по большому количеству варадзи, которыми усыпана вся дорога до вершины. Прийдя на первую станцию, мы застали там большую партию пилигримов в белых одеждах. Некоторые отдыхали на японских матрацах-фтонах, другие закусывали, готовясь в путь, а некоторые затянули напев в честь Фудзи, произнося что-то вроде молитвы.

Чем выше мы поднимались, тем труднее становился путь, а мой спутник, привыкший к сидячей жизни и кабинетным работам, просто изнемогал от усталости и еле передвигал ноги. Мой повар оказался молодцом и не только не уставал, но подталкивал в спину моего учителя. Наши носильщики тоже по временам садились на камни, чтобы перевести дух. На 6-й станции мы уже были на высоте 10.000 футов, и многие говорят, что тут чувствуется сильно разреженный воздух. Я этого не чувствовал даже и на самой вершине и потому только рассказываю, что некоторые чувствуют точно приступ морской болезни, а у других из носа идет кровь.

Наши носильщики несколько раз пробовали замолвить словечко о том, что нам пора отдохнуть, но я нарочно, перемогая свою усталость, шел дальше. На 7-ой станции они заявили, что должны отдохнуть часа на полтора. Было уже 3 1/2 часа ночи, и я решил подчиниться.

Седьмая станция была битком набита пилигримами, которые лежали, сидели, закусывали. Мне очистили один край циновки и подложили фтон для сидения. Подложив под голову сверток с пледами и подушками, я моментально заснул. Когда мы проснулись и надо было умыться, вода была ледяная и пальцы закоченели от холода.

Началось восхождение от 8-й до 10-й станции. Пришлось с боя брать каждый шаг, цепляясь руками, перелезать через скалы.

Начиналось утро. Весь горизонт к востоку был объят пламенем зарождающегося дня. Золотистые, розовые лучи солнца разсеяли туман, осветили верхушки гор и проникли в долины. У самых наших ног были видны красивые очертания Яманакского озера, похожего на застывшую сталь, Осима, весь берег до Мисаси; справа обрисовывались высоты Хаконе, зеленый берег и необозримое море. Сама гора при волшебном свете солнца уже не выглядывала красноватым или золотистым безупречным конусом. Это была какая-то безобразная масса неровностей, и изодранная, изрезанная; зубчатая вершина указывала ясно на вулканическое происхождение Фудзи-Сана.

На вершине, до которой мы добрались с большим трудом, во впадинах горы устроены храмики. Немножко дальше — и перед нами сиял кратер или чаша около полумили ширины и около 700 футов глубины. В это время между пилигримами пронесся говор, что надо спешить вниз, потому что оставаться на вершине ввиду надвигающагося тумана очень опасно.

Мой повар побежал в храм, где пилигримы сидели на циновках и молились, и за известную плату получил от главного жреца талисман, который он обещался привезти жене. Туман рассеялся, но поднялся ветер, и главный жрец, у которого надо получить разрешение спуститься в кратер, не дозволил нам этого удовольствия, о чем я нисколько не пожалел.

Спускаться обратно было гораздо легче, особенно когда мы дошли до сыпучей золы. Мы вернулись усталые в Готембу. Гостиница была переполнена паломниками и людьми, которые на другой день собирались на праздник мацури в Иошиду.

В японской гостинице с ее бумажными перегородками трудно ожидать особенной тишины: все, что говорится у соседей, слышно до последнего слова, и даже видно кое-что, потому что задвижные стены закрываются очень неплотно. На этот раз в нашем соседстве собралась особенно шумная компания. Это были пилигримы только из высшего класса, и обед сопровождался тостами, речью председателя, восхвалявшего подвиг восхождения на Фудзи. Оратор рассматривал этот подвиг со всех сторон, и речь длилась безконечно. После этого все сотрапезники затянули молитву в честь Фудзи, и пение их продолжалось до позднего вечера. Молитва эта состояла из бормотания, прерываемого громкими возгласами, и не отличалась благозвучностию.

Из Готембы я проехал в экипаже до Иошиды по сквернейшей дороге. По дороге мы видели красивое озеро, и наш возница сериозным тоном рассказывал нам о водяном. Японцы ночью не пойдут по берегу из страха, что водяной втащит их в воду.

В Иошиде все улицы были переполнены народом, везде были расставлены переносные лавчонки со сластями, игрушками и разными безделушками. На каждые десять шагов стояла поленница из сухих дров в сажень и больше вышиною, а в других местах были приготовлены громадные деревянные лубки сажени в 2 1/2 вышиною. Внутренность этих лубков была наполнена сухими поленьями.

К вечеру все эти колонны и костры зажигались и получалась самая оригинальная иллюминация, не говоря уже о тысячах фонарей. Оттого это празднество и называется «Хи» (то есть, огненное) мацури. Эти горящие светочи поставлены очень близко от домов, и надо удивляться, как не происходит пожара. Впрочем, все предосторожности приняты: крыши домов постоянно поливаются водою и пожарная часть наготове на случай несчастия. В числе увеселений можно назвать театр, состязание борцов и уличных певцов и рассказчиков.

По дороге в Кавагучи мы встречали все время людей, идущих на праздник. Это мне напомнило наши русские праздники, когда все окрестное население идет на храмовой праздник какого-нибудь села.

Японки, между которыми были очень миловидные, наряженные в красивые кимоно или халаты, идут своею утиною походкой на высоких копытцах, или гета. Женщины остались верны своему национальному костюму и не воспринимают ни одной мелочи от своих европейских сестер. Впрочем, даже в высшем обществе, где многие японские женщины нарядились в европейское платье, они теперь возвращаются к своим национальным нарядам. Что касается мужчин, — я говорю о деревенской публике, — то по части костюма существует полная анархия, особенно относительно головного убора. Есть котелки, фетровые шляпы, и есть люди, которые на японский лад идут с непокрытою головой. То же и насчет обуви. Больше всего гета, или деревянные подставки, играющие у японцев роль калош, но есть и ботинки европейского фасона, а иногда собственник этих ботинок шествует босиком и торжественно несет их в руке.

В Кодачи, на берегу красивого озера, нас встретило громадное детское население. Пока отыскивали лодку, я занялся осмотром храма, в котором сохранились очень красивые рисунки на караками (раздвижных стенках) и очень изящная резьба на дереве.

Озеро, по которому мы подъехали, очень красивое, большое, глубокое и с большими островами. В Нисиноуми, куда мы добрались вечером, не было гостиницы, и пришлось остановиться в первом попавшемся доме. Это конечно причинило массу хлопот хозяевам. При обилии комаров в каждом японском доме имеется полог, сделанный из травы (ка) и окрашенный в зеленую краску. Этот полог очень велик и занимает собою почти всю комнату, в которой почивает все семейство. На этот раз мне дали полог, сделанный из бумаги, но вполне достигающий своей цели. И в этой забытой деревушке рыболовов я нашел лакированные роскошные ширмы, которые привели бы в восторг любителей японского искусства.

Дальнейший путь пришлось делать пешком под проливным дождем. Дорога в Седзи идет по кочкам, болотам и по мелколесью.

Дождь перестал как раз вовремя, когда мы подходили к восхитительному озеру Седзи. На другом берегу мы увидели дом в европейском вкусе, построенный неким англичанином, принявшим японское имя и японское подданство. Носильщик и повар надрывали свои глотки криком «Хосино-Сан», и после некоторого времени мы увидели, что от белого дома отчалила лодка. Это был сам хозяин, и мы с трудом уселись в утлой ладье. Озеро действительно прелестное и окружено высокими горами. Вдалеке видна была деревня. Озеро вулканического происхождения, очень глубокое, с прозрачною водой. Прямо перед нами возвышался стройный конус Фудзи-Сана.

А что важнее всего… простите за откровенность — я, наконец, попал в европейский дом с настоящими постелями и некоторыми удобствами европейской жизни. К вечеру разыгралась буря, и наш дом построенный на открытом месте, страшно пострадал от ветра и дождя. Дальнейший путь мой пешком сопровождался большими трудностями. Приходилось вброд переходить по горным речкам, выступившим из берегов и принявшим вид бурных потоков. Путешествие мое закончилось поездкою на лодке по порогам и стремнинам Фузикавы, и бывали минуты, когда мы подвергались сериозной опасности погибнуть в волнах этой бурной реки.

Япония 1898: паломничество на гору Фудзи
Япония 1898: куда европейцы едут летом из Токио
Япония 1898: куда японцы едут летом из Токио

Автор: Григорий де Воллан, 1898
Фото: старинная японская гравюра, интернет

Фрагмент текста воспроизведен по изданию:
Григорий де Воллан В горах Японии // Русский вестник, № 11. 1898
Разбивка оригинального текста сочинения на тематические фрагменты и их описательные названия сделаны редакций «Бизнес и отдых» для удобства восприятия современного читателя. Все имена собственные, титулы и географические названия сохранены согласно источнику, и потому могут отличаться от современной транскрипции.

×××××

ЯПОНИЯ: БИЗНЕС СТИЛЬ
Япония: первоосновы бизнеса
Япония: особенности рекламы
Япония: визитная карточка
Япония: офисный дресс-код
Япония: один день в офисе
Япония: письмо в деловой культуре

×××××

ТАИЛАНД: ИНТЕРЕСНОЕ
Таиланд: рейтинг бизнеса 2017
Таиланд: 10 историй о храмах и предсказаниях
Таиланд: домик духов
Таиланд: кто такие гаруды
Таиланд: белый слон
Таиланд: павильон сала-тхай
Таиланд: символика и значение флага
Таиланд: о почитании монахов
Таиланд: о почитании учителей
Таиланд: церемония вручения диплома
Таиланд: горячие и холодные сердца
Таиланд: королевские сиамские кошки

×××××

ИНТЕРЕСНОЕ: СТРАНЫ АЗИИ
Япония: 33 интересные истории прошлого и настоящего
Япония: визитная карточка
Китай: Шанхай за четыре дня
Китай: родина чая Ханчжоу
Корея: дворцовые встречи с историей
Корея: вкусная жизнь
Камбоджа: какой бизнес открыть
Камбоджа: в поисках Ангкор-Вата

Вьетнам: 33 сказки и легенды
Вьетнам: 91 история – от мифов до дипломатии
Вьетнам: 22 истории про Тэт
Вьетнам: доклад 135 года до нашей эры

×××××

СТРАНЫ АЗИИ: РЕТРО СЕРИЯ
Путешествие Яна Стрейса в Сиам и Японию в 1650 году
Сиам 1685: трактат о привилегиях для миссионеров и христиан
Сиам 1901: страна, люди и интересы России

Индонезия: Батавия XVI-XVIII веков
Индонезия XIX век: люди и нравы
Индонезия XIX век: женщины и яды
Индонезия XIX век: птицы, звери, цветы Явы
Индонезия XIX век: тропические фрукты на русский вкус
Индонезия XIX век: малайцы в услужении
Индонезия XIX век: виртуозность воров
Индонезия XIX век: расходы экспатов в Батавии

×××××

Вьетнам 1894-1897: описание Сайгона
Вьетнам 1894-1897: образ жизни в Сайгоне
Вьетнам 1894-1897: об акклиматизации европейцев
Вьетнам 1894-1897: колониальный очерк
Вьетнам 1894-1897: Меконга мутные воды
Вьетнам 1894-1897: о женщинах и семье
Вьетнам 1894-1897: о хозяйстве и бюджете
Вьетнам 1894-1897: на что жалуются французы
Вьетнам 1894-1897: о французах и аннамитах
Вьетнам 1894-1897: король, мандарины, миссионеры

×××××

Япония XIII век: Марко Поло об острове Чипунгу
Япония IX в: Фудзияма Ки
Путешествие Яна Стрейса в Сиам и Японию в 1650 году
Япония 1678: Спафарий о Япан-острове
Япония 1804: дневники И.Крузенштерна
Япония 1805: голландцы и англичане в очерке И.Крузенштерна
Япония 1812: записки флота капитана Головнина
Япония 1855: записки священника Василия Махова

×××××

Вьетнам: бизнес и отдых
Камбоджа: бизнес и отдых
Китай: бизнес и отдых
Индонезия: бизнес и отдых
Малайзия: бизнес и отдых
Сингапур: бизнес и отдых
Таиланд: бизнес и отдых
Япония: бизнес и отдых