Сказки Японии: микадо и Кагуя-Химэ

0

Рассказы о красоте и неприступности Кагуя-Химэ дошли до самого микадо. Можно отказать правому и левому министру, сановникам и генералам. Воля самого микадо — закон. Однако законы земные не правят на небесах, откуда родом принцесса Кагуя-Химэ.
Случалось все так.

***

VIII. Сватовство микадо
И вот, наконец, сам микадо услышал о несравненной красоте Кагуя-химэ. Призвал он к себе старшую придворную даму по имени Накатоми-но Фусако и повелел ей:
— Слышал я, что живет на свете девушка по имени Кагуя-химэ. Говорят, отвергла она любовь многих богатых и высокородных людей, никого и знать не хочет. Ступай погляди, какова из себя эта гордячка.

Фусако, выслушав высочайшее повеление, отправилась немедля в дом старика Такэтори. Там ее почтительно встретили как посланную государя. Фусако сказала старухе:
— Государь услышал, что в мире никто не сравнится красотой с твоей дочерью Кагуя-химэ. Велел он мне хорошенько на нее посмотреть и доложить ему, правду ли гласит молва.
— Пойду скорее скажу ей, — заторопилась старуха и стала упрашивать девушку: — Выйди сейчас же! Прибыла посланная от самого государя.

Но Кагуя-химэ и тут наотрез отказалась:
— Нет, не выйду к ней ни за что. Совсем я не так уж хороша собой, как люди говорят. Стыдно мне на глаза показаться государевой посланной.

— Ах, не будь ты дерзкой упрямицей! Разве можно ослушаться повеления самого микадо? — ужаснулась старуха.

Кагуя-химэ и бровью не повела.
— А я слова микадо ни во что не ставлю!
Так и не вышла на смотрины из своих покоев.

Кагуя-химэ была для старухи все равно что дочь родная, но, услышав, как девушка говорит такие дерзостные слова, — страх даже берет слушать! — старуха вконец смутилась. Как принудить такую повиноваться?

Делать нечего, вернулась она ни с чем и сказала посланной:
— Горько я жалею, но дочь наша по молодости, по глупости ничего и слушать не хочет. Нрав у нее уж очень строптивый. Не согласна она показаться вам.

Придворная дама стала сурово выговаривать старухе:
— Государь приказал мне поглядеть на Кагуя-химэ. Как же я осмелюсь вернуться, так и не взглянув на нее ни разу? Подумай сама, возможно ли, чтобы люди в нашей стране ни во что не ставили государев приказ? Не говори, пожалуйста, таких несуразных слов!

Но Кагуя-химэ еще хуже заупрямилась:
— Если я ослушница государевой воли, так пусть меня казнят — и делу конец!
Пришлось посланной доложить государю о своем неуспехе.

Микадо воскликнул:
— Да, многих людей погубило жестокосердие этой девушки!

Можно было подумать, что он отступился от задуманного, но на самом деле мысль о Кагуя-химэ глубоко запала ему в сердце. Не хотелось микадо, чтобы женщина и его, как многих других, победила своим упорством. Призвал он пред свои очи старика Такэтори и молвил ему:

— Приведи сюда ко мне твою дочь Кагуя-химэ. Слышал я, что она прекрасна лицом, и потому на днях послал одну придворную даму посмотреть на нее и убедиться, правду ли говорят люди, но дочь твоя наотрез отказалась к ней выйти. Худо делают родители, которые позволяют своим детям такие дерзостные поступки.

Старик Такэтори почтительно ответил:
— Дочь моя Кагуя-химэ не хочет служить при дворе, и я никак не могу победить ее упрямство. Однако пойду домой, еще раз сообщу ей государеву волю.

— Так и сделай! — сказал микадо. — Ведь ты ее вырастил, как же ей тебя не послушаться! Уговори Кагуя-химэ пойти на службу во дворец, а я за это пожалую тебя шапкой чиновника пятого ранга.

Старик Такэтори радостный вернулся домой и стал всячески уговаривать девушку:
— Вот что обещал микадо! Неужели ты и теперь станешь упрямиться?

— Да, что ты ни говори, а я твердо решила: не пойду во дворец служить государю, — стояла на своем Кагуя-химэ. — Будешь меня силой принуждать, я руки на себя наложу, так и знай. Пусть тебе сначала пожалуют придворный чин, раз он тебе так дорог, а потом я умру.

— Что ты, что ты! — испугался старик. — На что мне чины и почести, если я не увижу больше свое дорогое дитя! Но все-таки скажи мне, почему тебе так не хочется служить государю? Чем это худо? Стоит ли из-за этого жизни себя лишать?..

— Ты думаешь, я пустое говорю? — отвечала Кагуя-химэ. — Заставь меня насильно пойти в жены к государю и увидишь, что тогда будет, лишу я себя жизни или нет! Многие до сих пор любили меня неподдельной, верной любовью, я и то всех отвергла! Микадо думает обо мне всего день-другой. Что скажут люди, если я уступлю его мимолетной прихоти? Стыдно мне будет.

— Пусть хоть весь свет тебя осудит, тебе-то что до этого? — возразил старик. — Но делать нечего, пойду во дворец, передам государю твой отказ.

Пошел он во дворец и доложил микадо:
— Я, ничтожный старикашка, обрадованный государевой милостью, всячески уговаривал Кагуя-химэ пойти служить государю. Но эта негодная упрямица сказала: «Если будешь меня принуждать, я лучше жизни себя лишу». А мне ведь она не родная дочь. Нашел я ее малым ребенком в бамбуковой чаще. Не такой у нее нрав, как у других девушек.

— А, так-так! — воскликнул микадо. — Ведь дом твой, старик, стоит возле самых гор. Что, если я сделаю вид, будто собрался на охоту? Может, мне удастся увидеть Кагуя-химэ словно невзначай?
— Хорошая мысль! — одобрил старик Такэтори. — Только ты, государь, притворись, будто случайно попал в наши края, без цели, без умысла… Войдешь вдруг в мой домишко и застанешь ее врасплох.

Сказки Японии: чудесное рождение Кагуя-Химэ
Сказки Японии: женихи Кагуя-Химэ
Сказки Японии: дары для Кагуя-Химэ
Сказки Японии: микадо и Кагуя-Химэ
Сказки Японии: лунное царство Кагуя-Химэ

Микадо сразу же назначил день для охоты. Внезапно, без предупреждения, вошел он в дом к старику и увидел девушку, сиявшую такой чистой красотой, что все вокруг светилось.
«Она!» — подумал микадо и приблизился к ней. Девушка попыталась было убежать, но микадо схватил ее за рукав. Она проворно закрыла лицо концом другого рукава, но поздно! Государь уже успел увидеть ее. «Нет ей равных в целом мире!» — подумал он и, воскликнув: «Больше я с тобой не расстанусь!» — хотел было насильно увлечь с собой.

Кагуя-химэ молвила ему:
— Если б я родилась здесь, в этой стране, то повинна была бы идти во дворец служить тебе. Но я существо не из этого мира, и ты совершишь дурной поступок, если силой принудишь меня идти во дворец.

Но микадо и слушать не захотел:
— Как это может быть? Идем со мной, идем!

Подали паланкин, но только хотели посадить в него Кагуя-химэ, как вдруг — о чудо! — она начала таять, таять, одна тень от нее осталась.

«Значит, и правда Кагуя-химэ существо не из нашего мира», — подумал микадо и взмолился:
— Не буду больше принуждать тебя идти со мной во дворец, только прими свой прежний вид. Дай мне еще один раз взглянуть на тебя, и я удалюсь.

Не успел он это вымолвить, как прекрасная дева приняла свой прежний образ и показалась ему еще желанней прежнего. Еще труднее стало ему вырвать из своего сердца любовь к ней. Щедро наградил микадо старика Такэтори за то, что тот доставил ему радость увидеть Кагуя-химэ. А старик устроил роскошный пир для сотни придворных, сопровождавших государя на охоту.

Микадо собрался в обратный путь с таким чувством, будто, расставаясь с Кагуя-химэ, оставляет с ней свою душу. Сев в паланкин, он сложил такую песню:
Миг расставанья настал,
Но я в нерешимости медлю…
Ах, чувствую, ноги мои
Воле моей непокорны,
Как и ты, Кагуя-химэ!

А она послала ему ответ:
Под бедною сельской кровлей,
Поросшей дикой травой,
Прошли мои ранние годы.
Не манит сердце меня
В высокий царский чертог.

Когда микадо прочел эти строки, ему еще тяжелее стало покинуть Кагуя-химэ. Сердце звало его остаться, но не мог он провести в тех местах всю ночь до рассвета и поневоле вынужден был вернуться в свой дворец.

С той поры все приближенные женщины лишились в его глазах своей былой прелести. «Все они ничто по сравнению с ней!» — думал микадо. Даже самые красивые из них теперь представлялись ему уродинами, и на людей-то непохожими. Только одна Кагуя-химэ безраздельно царила в его сердце! Так он жил одиноко, в мечтах о ней, позабыв дорогу в женские покои, и с утра до ночи сочинял любовные послания. И она тоже, хотя и противилась его воле, писала ему ответные письма, полные искреннего чувства. Наблюдая, как сменяют друг друга времена года, микадо сочинял прекрасные стихи о травах и деревьях и посылал их Кагуя-химэ. Три долгих года они утешали друг друга.

***
Перевод В. Марковой
Текст воспроизведен по изданию:
Повесть о прекрасной Отикубо. Старинные японские повести.
М. Художественная литература. 1988

Иллюстрация: интернет, кадр из анимационного фильма
«Сказание о принцессе Кагуя Химэ» (2013)

***
ИНТЕРЕСНОЕ: РЕТРО СЕРИЯ
Япония IX в: Фудзияма Ки
Япония 1678: Спафарий о Япан-острове
Япония 1855: записки священника Василия Махова
Япония 1855: климат, дома, убранство
Япония 1855: внешность и одежда японцев
Япония 1855: трапеза, манеры, праздники
Япония 1855: храмы, бонзы, свадьба и похороны

***
Япония 1904 год: острова и горы
Япония 1904 год: климат, флора, фауна
Япония 1904 год: дома, люди, стихия
Япония 1904 год: быт и семья
Япония 1904 год: грамотность
Япония 1904 год: религия
Япония 1904 год: микадо Муцухито

ИНТЕРЕСНОЕ: СОВРЕМЕННАЯ СЕРИЯ
Вьетнам: интересные истории
Япония: интересные истории
Россия-Япония: переговоры на высшем уровне — 16.12.2016
Российско-японский форум деловых кругов — 16.12.2016
Япония: первоосновы бизнеса
Япония: особенности рекламы
Япония: визитная карточка
Япония: офисный дресс-код
Япония: один день в офисе
Япония: письмо в деловой культуре
Япония: школьная форма
Япония: молодежный стиль

***
ВЬЕТНАМ: ДАОССКИЕ ЛЕГЕНДЫ О БЕССМЕРТНЫХ
Вьетнам: глава бессмертных Тьи Донг Ты
Вьетнам: первая государыня Лиеу Хань
Вьетнам: женитьба на бессмертной Зянг Хыонг
Вьетнам: красавица на Волшебных Небесах